Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Книги категории Драма, страница 6

Драма

Магсуд Ибрагимбеков - Кто поедет в Трускавец


- Терпеть не могу стоять в очереди. И не стою никогда. Даже зарплату свою обычно на второй день получаю после всех, лишь бы в очереди не стоять. И в кино билеты заранее беру. Меня самый обычный разговор в очереди раздражает, самый пустячный, даже такой, который в других условиях я сам бы поддержал, -- о спорте или, например, об искусстве, жутко раз-дражает. И еще ожидание на нервы действует. Невозможно до конца выдержать. И я не выдерживаю, ухожу, если надо больше десяти -- пятнадцати минут выстоять. Впрочем, это раньше так было, когда у меня нервная система в абсолютном порядке была. А теперь меня никакими силами не заставишь в очередь встать. И не то что я какой-нибудь невротик или астеник, нет, просто ...
 
Драма

Валерий Брюсов - Рассказы


* Бемоль * Из жизни одной из малых сих Как только Анна Николаевна кончила пансион, ей подыскали место продавщицы в писчебумажном магазине "Бемоль". Почему магазин назывался так, сказать трудно: вероятно, прежде в нем продавались и ноты. Помещался магазин где-то на проезде бульвара, покупателей было мало, и Анна Николаевна целые дни проводила почти одна. Ее единственный помощник, мальчик Федька, с утра, после чая, заваливался спать, просыпался, когда надо было бежать в кухмистерскую за обедом, и после засыпал опять. Вечером на полчаса являлась хозяйка, старая немка Каролина Густавовна, обирала выручку и попрекала Анну ...
 
Драма

Владимир Гиляровский - Трущебные люди


"ЧЕЛОВЕК И СОБАКА" -- Лиска, ляг на ноги да погрей их, ляг!--стучаот холода зубами, проворчал нищий, стараясь подобрать под себя ноги, обутые в опорки и обернутые тряпками. Лиска, небольшая желтая культяпая дворняжка, ласково виляя пушистым хвостом и улыбаясь во весь свой ротик с рядом белых зубов, поднялась со снега и легла на закорузлые ноги нищего. -- Эх, Лисичка! и холодно-то нам с тобой и голодно! Кою ночь ночуем на морозе, а деваться некуда... В ночлежных обходы пошли, как раз "к дяде"' угодишь, а здесь, в саду, на летнем положении-то, хоть и не ахти как, а все на воле... Еще с...
 
Драма

Михаил Анчаров - Стройность


АКТ ПЕРВЫЙ Явление 1 Длинная низкая стена, почти белая от старости. Из-за стены виднеются черно-зеленые вершины деревьев. Бледный день. Через стену летит сверток бумаги... другой... третий... Над стеной появляется голова. Худой человек садится на стену: тощее и хмурое лицо, небольшой рот... Это Франсуа. - ФРАНСУА (спрыгивает со стены, видит сверток). Ну вот. Стоило начинать новую жизнь, если опять эти вонючие записи лекций торчат перед глазами. Пожалуйте обратно. (Кидает сверток обратно через стену.) Бернард Клервосский, Тертулиан. Самый рваный, конечно, Фома. Профессору по голове - лети! Все тихо...
 
Драма

Джон Стейнбек - Рыжий пони: рассказы


Вожак Великие горы Подарок Обещание Вожак Была суббота. Билли Бак подгребал остатки пожухлого сена и маленькими вилами перекидывал его через проволочный забор - там лениво паслись несколько коров. Высоко в воздухе мартовский ветер гнал на восток небольшие облачка, напоминавшие клубы дыма после выстрела пушки. Слышно было, как ветер шуршит в кустарнике на гребнях гор, но дуновение его не проникало в лощину, где лежало ранчо. Из дома, жуя толстый кусок хлеба с маслом, вышел маленький Джоди. Увидел, как Билли управляется с остатками скирды, и затопал вниз, тяжело шаркая ногами - именно так, как ему было не ведено: не выдержат никакие подметки. Когда Дж...
 
Драма

В.А. Ситников - О Боге, смерти и любви


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ЛЮДИ ...Двери закрылись. Вновь в надписи "Не прислоняться" отразилось мое лицо. Поезд тронулся, унося пассажиров в глубь земную. Грустный взгляд, непонятная прическа, толстый нос - все это надоело. Я отвернулся и принялся изучать моих спутников на ближайшие двадцать ми- нут: другого занятия не нашел. Люблю всматриваться в эти совершенно нез- накомые жизни и делать из них героев своего бытия... ...Вот стоят молодые люди. Девушки... Юноши... Характеры их мне не известны, но жадные до любви взгляды мешают им быть не такими как все... ...Бабушка и внучок, который вспоминает о весне, думая ...
 
Драма

Антуан де Сент-Экзюпери - Южный почтовый


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ "I" Радиограмма. 6.10. Тулуза. Всем аэродромам: почтовый Франция - Южная Америка вылетает Тулузы 5.45. Точка. Небо, чистое, как вода, вымыло и высветило звезды. Потом настала ночь. Сахара, дюна за дюной, разворачивалась под луной. Нам светит эта лампа, ее отраженный свет не выхватывает предметы, но творит их, насыщая каждый каким-то мягким веществом. Под нашими приглушенными шагами - роскошный плотный песок. И мы идем с непокрытой головой, отдыхая от солнечного пекла. Ночь: этот кров... Но как нам было поверить в покой? Пассаты без устали мчались ...
 
Драма

Уильям Мейкпис Теккерей - Из Записок желтошноша


Нашла коса на камень Второго моего хозяина звали еще благозвучней, чем первого. Я поступил лакеем к достопочтенному Элджернону Перси Дьюсэйсу, младшему - пятому по счету - сыну лорда Крэбса. Элджернон был адвокатом, вернее сказать - жил на Колодезном дворе в Темпле. Квартал не ахти какой, так что мои читатели могут его и не знать. Находится он на окраине Лондона и является любимым приютом столичной юриспруденции. Мистер Дьюсэйс был адвокат, однако это вовсе не значит, что он выступал на суде или объезжал судебные округа; просто он снимал комнату на Колодезном дворе и дожидался должности судьи, ревизора или какая еще там могла ему выйти от правительства вигов. И отец у него (так мне рассказала убор...
 
Драма

А. Солженицын - Рассказы


Матренин двор Образованщина Желябугские выселки Матренин двор На сто восемьдесят четвертом километре от Москвы, по ветке, что ведет к Мурому и Казани, еще с добрых полгода после того все поезда замедляли свой ход почти как бы до ощупи. Пассажиры льнули к стеклам, выходили в тамбур: чинят пути, что ли? Из графика вышел? Нет. Пройдя переезд, поезд опять набирал скорость, пассажиры усаживались. Только машинисты знали и помнили, отчего это все. Да я. 1 Летом 1956 года из пыльной горячей пустыни я возвращался наугад -- просто в Россию. Ни в одной точке ее никто меня не ждал и не звал, потому что я задержался с возвратом годиков на десять. Мне просто хотелос...
 
Драма

Болеслав Прус - Возвратная волна


"I" Если бы благородство пастора Беме имело три обычных геометрических измерения и соответствующий им вес, сему преподобному мужу пришлось бы свои пастырские и приватные путешествия совершать товарным поездом. Но благородство, являясь свойством духовной субстанции, имеет лишь одно измерение - четвертое, над ним ломают головы математики, а в реальной жизни оно веса не имеет, поэтому пастор Беме мог спокойно путешествовать в маленькой бричке, запряженной одной лошадью. Сытая, холеная лошадь бежала мелкой рысцой по гладкому фабричному шоссе; казалось, ее больше интересовали мухи, от которых она отмахивалась, чем добродетели, заключавшиеся в тощем теле духовного...
 
Драма

Милорад Павич - Ящик для письменных принадлежностей


ОПИСАНИЕ ЯЩИКА ДЛЯ ПИСЬМЕННЫХ ПРИНАДЛЕЖНОСТЕЙ Я, нынешний владелец ящика для письменных принадлежностей, приобрел его в предпоследний год двадцатого века за тысячу немецких марок у официанта из Будвы вместе с загадочной улыбкой, которую он вынес из кухни отеля над порцией ка-страдины, приготовленной в тот вечер для посетителей ресторана. - Не желает ли господин купить необычный дорожный ящик? Морской. Капитанский. С письменным прибором, с отделениями для карт, подзорной трубы и так далее, - вполголоса обратился ко мне в тот вторник официант, подавая ужин. - Можно посмотреть? - Я смогу показать вам его утром, во время завтрака. Он у меня здесь, в отеле. - Пр...
 
Драма

Эдуард Геворкян - Черный стерх


ПРОЛОГ Жил-был однажды Аршак Змрян, и было ему четырнадцать лет. И сел он в летний день на самокат и прилетел из Еревана в Москву. Когда-нибудь он вспомнит, что из этого вышло, а пока его историю расскажу вам я... РОДНЯ Аршак объявился у своего московского дяди в разгар очередной семейной свары. Явление племянника, которому по всем резонам полагалось быть далеко за Кавказским хребтом, придало разговору между дядей и тетей дополнительную остроту. Дядина родная сестра позвонить и предупредить о скоропалительном вылете не успела или не смогла, телефонная связь, как всегда, барахлила. Тем не менее самочувствие Аршака о...
 
Драма

Александр Галич - Верные друзья


...Тридцать лет назад на реке Яузе, за московской заставой Лефортово, жили три закадычных друга... По Яузе, какой она была тридцать лет назад, - мутной, с захламленными берегами, с приросшими к ним маленькими косыми домишками, - плывет лодка, такая дырявая и заплатанная, что просто непонятно, как она держится на воде. Ведут лодку по Яузе три дружка: Сашка Лапин, голубоглазый, взлохмаченный паренек, степенный и серьезный, прозванный за любовь к животным "Кошачий барин", Боря Чижов - "Чижик", с такими же, как у Лапина, голубыми глазами, но озорным и лукавым лицом, и худенький, длинноногий и длиннорукий Васька Нестратов, за важность и х...
 
Драма

Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк - Верный раб


I - Михайло Потапыч... а?.. - Ну, чего ты пристал-то, как банный лист?.. Отвяжись... - Эх, Михайло Потапыч... Родной ты мой, выслушай... - Какой я тебе Михайло Потапыч дался в сам-то деле! Вот выдешь за ворота и меня же острамишь: взвеличал, мол, Мишку Михайлом Потапычем, а он, дурак, и поверил. Верно я говорю?.. Ведь ты чиновник, Сосунов, а я нихто... Все вы меня ненавидите, знаю, и все ко мне же, чуть что приключится: "Выручи, Михайло Потапыч". И выручал... А кого генерал по скулам лущит да киргизской нагайкой дует? Вот то-то и оно-то... Наскрозь я вас всех вижу, потому...
 
Драма

Феликс Кривин - Упрагор, или сказание о Калашникове


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 1 Опережая Суворова на две тысячи лет, Ганнибал совершал свой исторический переход через Альпы. Была осень. Шла Вторая Пуническая война. И до чего же она прожорлива, победа, сколько она сжирает людей! А поражение? Разве оно не сжирает людей? Когда они пируют за одним столом (а они всегда за одним столом), поди разберись, кто больше сожрал - победа или поражение. Об этом не думает Ганнибал. Он продолжает свой исторический переход через Альпы. Это не Ганнибал. Это Калашников. И не через Альпы он идет, а просто по улице, хотя мысленно повторяет высокий путь Ганнибала. Исаак Ньютон не может скрыть удивления: почему это человека тянет вверх? Ведь, согласно открытому им закону, человека должно тянуть вниз,...
 




 
 
Страница сгенерировалась за 0.082 сек.